STATUS QUO

АЛЛА БОБЕЙКО: "НАРУШЕНИЯ ПРИНЦИПОВ, ОПРЕДЕЛЕННЫХ КЛЯТВОЙ ГИППОКРАТА, ВЫЗВАНЫ СИСТЕМОЙ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ НЕСООТВЕТСТВИЙ" ...>>

- Алла Евгеньевна, сегодня, когда медицинская отрасль финансируется слабо, зарплаты у врачей низкие, можно ли требовать от специалистов строгого соблюдения клятвы Гиппократа?
- Ответ, на мой взгляд, лежит в нескольких плоскостях. Пытаясь разобраться в этих проблемах, необходимо учитывать и этические категории, и психологические, и правовые. Клятва Гиппократа в данном случае, конечно, первична. Выбор человеком профессии медицинского работника изначально накладывает на него большую психо-эмоциональную нагрузку, моральную ответственность. Как правило, отбор при поступлении в учебные заведения на медицинские профессии (медсестры, врача) уже идет с этим личностным компонентом ответственности. Мой профессиональный и жизненный опыт показывает, что все-таки происходит естественный отсев людей на их профессиональную пригодность. И если этого не происходит во время учебы, то при первых практических шагах, которые требуют от человека больших усилий для раскрытия тех качеств, к которым у него есть склонности, идет основной отсев. Даже те врачи, которым диплом обходится очень дорого, уходят из профессии на этом этапе, если не выдерживают испытаний.
Могу с уверенностью сказать, что большинство людей, работающих в здравоохранении, абсолютно преданы своему делу. Они не могут работать лучше или хуже, независимо от зарплаты. Если человек работает медиком, он работает настолько, насколько позволяют его знания, опыт, способности, талант, если хотите. Настоящий врач не может работать плохо. А если плохой специалист, то сколько денег ему не заплати, он не сможет профессионально оказать помощь. Мой личный опыт и опыт большинства моих знакомых показывает, что врачи дают советы, диагностируют, назначают лечение больному так, как обязывает профессия. Но есть другой аспект. Можно уделить одному пациенту 3 минуты, а можно - 30 минут. Это может зависеть от платежеспособности пациента или от того, что у него неприятный характер. Результаты медицинского заключения будут одинаковыми. Разной может быть психологическая обстановка общения врача и пациента. Она может быть формально-конструктивной, а может - с дополнительным психологически приятным компонентом. Отсутствие этого компонента зачастую и создает у пациента мнение, будто врач был по отношению к нему не очень внимателен. Думаю, если бы мы проводили профессиональную экспертизу по поводу правильности диагноза, назначения лечения, то наверняка в большинстве случаев выяснилось, что все было сделано правильно. Но терпения, улыбок, добрых слов, подробных разъяснений не всегда хватает. Это можно объяснить объективными причинами. В том числе и низкой заработной платой. Зарплата санитарки - 165 грн., начальная зарплата врача - 168 грн. Средняя зарплата врачей по отрасли - 220 грн. Среди 24 основных отраслей народного хозяйства Украины здравоохранение по зарплате занимает 22 место. Это несправедливо по отношению к медикам, на каждом из которых лежит огромная ответственность. Разве это нормально, что врач с высшим образованием получает зарплату меньшую, чем официально утвержденный прожиточный минимум. Отсюда, возможно, спешка, вызванная тем, что человек ищет дополнительный заработок. Он стремится круглосуточно дежурить, амбулаторно консультировать, искать любую подработку, чтобы просто прокормить семью. Отсюда - напряжение в семье, в личной жизни, а это отражается и на работе. В медицине в основном работают женщины (примерно 10% мужчин). К сожалению, как правило, социальная ситуация складывается так, что браки очень нестабильны, многие женщины воспитывают детей в одиночку. Нередко семьи распадаются именно потому, что врачи вынуждены дежурить ночами, в праздники, выходные, их в любой момент могут вызвать на работу, они берут работу на дом. Это делает женщину-врача или медсестру не такой, как хотелось бы. Психологическая обстановка в среде медработников напряженная, и эта нервозность передается, конечно, пациентам.

- Традиционно Харьков славился собственными медицинскими школами, высоким уровнем развития медицины. Сейчас пациенты предпочитают обращаться в клиники других регионов. Причем, это коснулось многих специализаций...
- Нельзя сказать, что харьковская медицина полностью утратила свои позиции. Есть медицинская помощь, которая, как система, работает на население. Она еще достаточно мощная, хотя и есть масса сложностей, есть резерв для реорганизации этой действующей части здравоохранения, ведется поиск резервов для более рационального использования ресурсов. Но в принципе это очень сильная, высоко профессиональная и функционирующая отрасль. А есть медицинская наука. Если говорить о создании для нее условий, чтобы проводить эксперименты, реализовывать научные таланты, то здесь явные пробелы. Что же касается уровня общей значимости харьковского здравоохранения, то здесь, наверное, ваши слова справедливы. Ученые Харькова некоторые позиции действительно утратили. В первую очередь во внедрении новых технологий. Любое внедрение требует денег, а их, как известно, нет. Приведу такой пример. В харьковской глазной поликлинике им.Гиршмана многие десятилетия успешно оперировались пациенты, страдающие катарактой, глаукомой, другими заболеваниями глаз. К нам ехали пациенты со всего Советского Союза. Самые лучшие результаты подобных операций были в двух глазных центрах: в Харькове и Одессе. Теперь из-за того, что мы не можем купить специальную стойку, которая делает разрез на роговице глаза не 7 миллиметров, а 3, как сегодня делают в мире, пациенты едут в Киев, где специалисты в области микрохирургии глаза делают более технологичные и менее болезненные операции. Харьковские специалисты владеют этими технологиями, но нет оборудования. У наших специалистов есть масса предложений, локальных разработок, над которыми работали ученые кафедр Академии последипломного образования, научно-исследовательских институтов, но их внедрение тормозиться в связи с отсутствием финансирования.

- По официальным данным, бюджетное финансирование бесплатного здравоохранения только на 47% соответствует минимальным потребностям отрасли. Это условный процент?
- В общем-то, да. Говоря о минимальной расчетной потребности, имеется в виду, что финансирование из бюджета составляет меньше половины самой низшей черты, на которой можно хоть в каком-то объеме обеспечивать деятельность отрасли, чтобы можно было оказывать медицинскую помощь. Если даже эта сумма в полном объеме не поступает, то мы не обеспечиваем минимально необходимый уровень.

- Статистика говорит об ухудшении состояния здоровья населения, росте числа детских патологий, смертности и т.д. В чем причины?
- Причины в основном лежат за границами медицины, носят социальный, экономический, экологический характер. Плохое качество воды, загрязнение воздуха, плохое питание, постоянные стрессы, нервная напряженность, моральные и материальные, экономические, социально-политические проблемы, недостаточное питание беременных и детей отражаются на здоровье общества. Есть международные подходы к оценкам состояния здоровья нации. Согласно им, продолжительность жизни является эквивалентом благополучия. Если средняя продолжительность жизни растет, значит, все ее параметры постепенно улучшаются. Если падает, то из-за ухудшения жизни или каких-то ее параметров. Это комплексная проблема, потому что состояние здоровья нации - это показатель всех жизненно важных показателей. Человек должен нормально питаться, должен жить без ежедневных стрессов, тогда и здоровье начнет улучшаться. Важна установка на здоровый образ жизни и ответственность за собственное здоровье.

- Что же можно с этим поделать? Как помочь медикам обрести социальную стабильность? Кто им должен помочь?
- Тяжелее всего, что не просматривается понимания этой проблемы на государственном уровне, и, прежде всего, среди депутатов Верховной Рады Украины, от которых зависит законотворчество, в том числе в области здравоохранения. Коль в нашей стране объявлено бесплатное здравоохранение, то оно должно быть профинансировано. В противном случае должны корректироваться законы. Наша отрасль стала заложницей противоречий внутри законодательной базы и ее исполнением властью. Существует несоответствие между законом "О государственном бюджете" и Конституцией Украины. Если что-то и нужно менять, то, прежде всего, - законодательную базу. Первым и самым перспективным шагом сейчас должно стать принятие обязательного медицинского страхования. Я, как депутат горсовета, который третий созыв подряд ежегодно слышит от народных депутатов одни и те же обещания принять соответствующий закон, просто очень огорчена. В концепции развития здравоохранения на протяжении многих лет отмечается приоритетность принятия закона об обязательном медицинском страховании. Судя по тому, что сейчас происходит в парламенте, в этом году до нашего закона опять дело не дойдет. Значит, у нас опять будет жалкое финансирование, которое не даст нам возможности ни оказывать помощь так, как положено, ни достойно относиться к медицинским работникам.

- Есть общественные организации, которые защищали бы права медиков и медицины?
- Профсоюз медицинских работников остался той единственной организацией, которая отстаивает интересы медиков. Она постоянно выступает с серьезными инициативами, выходит на уровень Кабинета министров, министерства здравоохранения, президента. Не ради громких слов, а объективности ради, можно сказать, что именно эта организация стала флагманом борьбы за справедливость отношения к отрасли. Других подобных организаций не знаю.

- Что же можно сделать на уровне города?
- Как председатель постоянной комиссии горсовета по вопросам здравоохранения и социальной защиты населения вижу свою задачу в том, чтобы убедить городской депутатский корпус в необходимости принятия мер по поддержке отрасли. Нам нужно не только утвердить то финансирование, которое мы получаем в городскую казну контрольной цифрой на текущие расходы, но изыскать дополнительные средства на замену оборудования, его модернизацию, внедрение новых технологий. В важности и приоритетности развития здравоохранения никто не сомневается. Но наша комиссия надеется, что удастся получить не только политическое добро большинства депутатов, но и согласие на финансовое подкрепление. Нынешний состав депутатского корпуса отличается особой энергичностью, созидательным настроем, готовностью менять какие-то стереотипы в подходах к решению городских проблем. Это можно использовать для поправки дел в медицинской отрасли на городском уровне. В противном случае мы будем еще долго барахтаться в нарастающем коме проблем.

- Проблемы здравоохранения наверняка давно вышли за пределы внутриотраслевых. Это уже общегосударственная и даже, наверное, национальная проблема?
- Убеждена, что это государственная проблема на сто процентов. В Харьковском регионе практически нет проблемы с кадрами. Зато есть недостатки с организацией медпомощи, есть колоссальные правовые и финансовые проблемы, которые могут решиться только на высших уровнях власти. Верховная Рада должна четко установить, кто должен платить за ту часть медицинской помощи, финансирование которой не заложено в бюджете. Возьмем такую ситуацию. Для проведения операции аппендицита необходимо примерно 5 метров марли. Бюджетное финансирование мы получаем на полметра марли. Кто должен платить за остальные 4,5 метра? Или персонал больницы должен разрешить пациенту заплатить за недостающую часть марли, или законодательно больной должен иметь право внести эту часть стоимости, а попросту - должен официально купить не профинансированную из бюджета часть услуги. Или государство должно дать бюджетное финансирование в полном объеме. Какой еще есть способ? Я не знаю. Хирург не сделает операцию на 47%. Недаром президент Украины назвал проблему охраны здоровья второй государственной проблемой после преодоления бедности. Я изучала материалы всевозможных предвыборных соцопросов, которые проводились среди харьковчан. В большинстве районов Харькова оказание медицинской помощи названо второй или третьей по значимости проблемой. Как видите, проблемы отрасли давно перестали быть отраслевыми, они приобрели не просто общегосударственный характер, это проблемы государства, которое должно определиться законодательно - какое оно хочет здравоохранение. Оно должно объективно, честно определить: либо здравоохранение у нас платное, либо, если бесплатное, определить источники получения средств. И этот самый важный момент не решается.

- Наверняка перед правительством часто ставились вопросы о наличие проблем в здравоохранении. Почему это не дает ощутимых, существенных результатов? Это инертность государственных чиновников или несостоятельность управленческих структур?
- Нет, думаю, тут причины не в инертности чиновников. Я бы сказала, что дело, скорее, в своеобразном консерватизме самой отрасли. Причины консерватизма в том, что здравоохранение традиционно связано с жизненно важными позициями, оно напрямую влияет на человеческую жизнь и здоровье. Шаг влево, шаг вправо (в том числе и в области законодательства) сразу отражается на здоровье людей. Поэтому большинство тех, кто влияет на этот процесс, просто боится сделать какие-то резкие шаги. Как результат, решение многих проблем откладывается, якобы для того, чтобы улучшить подходы, проекты, расчеты. На самом деле это происходит из-за сомнений, страха взять ответственность на себя.

- Кстати, к вопросу о консерватизме отрасли. Сейчас есть как бы официально признанная традиционная медицина и нетрадиционная. Какая из них вредит пациентам, а какая нет?
- Чтобы соблюдать требование не навредить, очень важно сначала иметь для этого законодательное поле. Вся ответственность, отчетность, обязательность по отношению к больным законодательно определена только для государственных и коммунальных учреждений. Ответственность частных медицинских структур вообще не определена. Это еще один нонсенс украинского здравоохранения. Если человек идет в платную поликлинику, платит деньги, и ему ставят ошибочный диагноз или наносят какой-то вред в ходе лечения, закон не позволяет провести расследование, и даже не позволяет получить отчетность. Нельзя просто проверить качество организации работы платного учреждения. Если у людей есть лицензия на врачебную деятельность, то у них абсолютные права распоряжаться человеческим здоровьем и жизнью. Законодательно прописана полнейшая бесконтрольность работы частных медицинских структур. Это, кстати, и является основной причиной того, что большинство пациентов не хотят обращаться за медицинской помощью в частные клиники. Есть неофициальные данные о том, что 1% харьковчан обращается в частные клиники. По количеству фактов оказания медицинской помощи - это одна тысячная от числа услуг оказанной медицинской помощи в городе. Но, несмотря на маленький процент, я не понимаю почему нет ответственности этих организаций. У нас нет статистики, нет отчетности, нет сведений об объемах их деятельности, нет анализа ее качества, нет преемственности. К примеру, они выявили онкологическое заболевание. Надо бить в колокола, всеми силами стремиться к тому, чтобы человек обращался за помощью. Но если человек не пришел в государственные учреждения, частные не сообщают нам эту информацию. Они выявили, к примеру, сифилис. Его нужно лечить очагово. Но частники не передают сведения об этом в район. Если человек пришел в частную клинику, его вылечили, но подвергаются опасности те, кто находятся рядом с ним, поскольку он является носителем заболевания. При этом обвинять частные структуры нельзя, поскольку они не обязаны этого делать. А государственные учреждения обязаны найти все эти контакты. Это белое пятно в законодательном поле. Еще одна из необходимых законодательных перемен, на мой взгляд, заключается в том, чтобы мы развивали альтернативную медицину, чтобы определенный поток людей ушел из бюджетного финансирования. Многие перешли бы на обслуживание в платную медицину, но сегодня они боятся частных структур, они не уверены в ответственности людей, которые поставили диагноз, пролечили. Законодательное поле должно быть для всех одинаковым, как и уровень ответственности, и системности информации. Все учреждения, и частные, и государственные, любых форм собственности, должны на каких-то тендерных или конкурсных условиях брать у муниципалитета заказ на свою деятельность. Это предоставило бы пациентам возможность выбора. И это снимет вопрос о том, как не навредить. Сегодняшняя законодательная ситуация не решает проблему.

- Как Вы оцениваете так называемые нетрадиционные методы лечения? Есть те, которые сами по себе небезопасны. А есть такие способы, которые столетиями применялись в медицинской практике, а теперь признаны почему-то нетрадиционными. Как в этом разобраться?
- Эту проблему тоже можно рассмотреть в нескольких направлениях. Есть так называемые нетрадиционные методы, которые, действительно, имеют многовековую историю. Они просто не входят в обычную систему наших штатных расписаний. К примеру, рефлексотерапия. Это древнейшее направление медицинской деятельности, которое обладает замечательным эффектом в руках мастера, очень помогает больным. Но, поскольку в наших коммунальных учреждениях нет кабинетов игло-рефлексотерапии, а востребованность в них есть, эта специальность просто переместилась в частные структуры. Но она как была грамотной, профессиональной, так и осталась. Есть ряд специальностей, просто вытесненных нашим финансированием. Считается, что если у человека есть деньги, значит, он и там заплатит, а у нас денег на это нет. Многие кабинеты мануальной терапии, гомеопатии, рефлексотерапии и еще ряда специальностей, в которых применяются грамотные профессиональные методы лечения, остаются за бортом