STATUS QUO

Убийство губернатора. Харьковский детектив

9 февраля 1879 года на харьковском вокзале с одесского поезда сошел чиновник средних лет в чине коллежского асессора, товарищ прокурора Одесского окружного суда Антон Францевич Добржинский. На вокзале его встречал молодой офицер, один из адъютантов харьковского губернатора, генерал-лейтенанта князя Дмитрия Ивановича Кропоткина.

Взяв "ванька", офицер коротко скомандовал: "К дому губернатора".

По дороге между пассажирами состоялся краткий разговор.

"Неужели и у нас началось?" – не столько с тревогой, сколько с тоской от свалившейся нежданно-негаданно проблемы спросил офицер.

"Похоже на то, - ответил Антон Францевич. – Но здесь, надеюсь, и закончится. Я за господами бомбистами от Одессы до Киева, от Киева к вам след в след иду. И здесь-то мы их упустить не должны".

"Не упустим", - не вполне уверенно подтвердил адъютант.

Уже год по стране бушевал революционный террор. Был застрелен петербуржский градоначальник Трепов, заколот начальник одесской жандармерии Гейкинг, дважды покушались на высочайшую особу…

Выстрел на Дворянской

На подъезде к губернаторскому дому товарища одесского прокурора и адъютанта встречала возбужденная толпа. Кто-то визгливо выкрикивал: "Убили! Убили!" Басистый голос пытался урезонить: "Да цыц ты, дурра! Не насмерть".

Спустя час Добржинский составил примерную картину происшествия. Губернатор возвращался вечером из театра. На пересечении улиц Дворянской и Московской на подножку кареты вскочил человек. Раздался выстрел. Кучер не успел опомниться - человек быстро спрыгнул и исчез в подворотнях. Обывателей под вечер на улицах немного, так что никто ничего не видел. А те, кто видел, выдавали показания одно путанее другого.

Добржинский раздал указания прочесать всех, кто сдает дома и квартиры в городе и пригороде. Однако поиски ни к чему не привели.

Губернатор Кропоткин получил ранение, которое поначалу казалось не критическим. Пуля сбоку пробила ключицу. Лучшие харьковские врачи пытались спасти раненого, но спустя неделю он скончался.

За что убили губернатора Кропоткина?

Yes

Харьковский губернатор князь Дмитрий Кропоткин

Следует заметить, что террор в исполнении революционных организаций в конце XIX – начале ХХ века подчас не укладывался в рамки формальной логики. Жертвами народовольцев, а затем унаследовавших их приемы борьбы эсеров иной раз становились персоны, не вписывающиеся в классические образцы сатрапов, тиранов и палачей. Дмитрий Иванович Кропоткин был человеком вполне либеральных взглядов. Его двоюродный брат князь Петр Алексеевич и вовсе прославился как один из наиболее ярких революционеров позапрошлого столетия, что для потомков древнерусских Рюриковичей, к каковым принадлежал род Кропоткиных, выглядело как явление, выходящее из ряда вон. 

По воспоминаниям брата-революционера, князя Дмитрия Ивановича сгубила излишняя политическая мягкотелость и нежелание вмешиваться в работу профессионалов.

Впоследствии Петр Кропоткин писал: "В Харькове был убит генерал-губернатор, мой двоюродный брат Дмитрий Кропоткин, когда он возвращался из театра. Центральная тюрьма, где началась первая голодовка и где он прибег к искусственному кормлению, находилась в его ведении. В сущности, он был не злой человек; я знаю, что лично он скорее симпатизировал политическим; но он был человек бесхарактерный, притом придворный, флигель-адъютант царя, и поэтому предпочёл не вмешиваться, так как одно его слово могло бы остановить жестокое обращение с заключёнными. Но теперь он одобрил поведение тюремщиков, и харьковская молодежь до такой степени была возмущена обращением с заключёнными, что по нём стреляли и смертельно ранили".

Харьковский след в Одессе

В октябре 1879 года из Москвы в Одессу за динамитом прибыл член народовольческой организации Григорий Гольденберг. Получив полтора пуда взрывчатки, он тут же отбыл обратно. Но около Елисаветграда (бывший Кировоград, ныне - Кропивницкий) он был настигнут жандармами.

Добржинский уговорил одесского генерал-губернатор графа Тотлебена не отдавать арестованного в Петербург.

"Мы под началом вашей светлости проявили усердие в поимке злейшего государственного преступника, а лавры достанутся петербуржским господам? Как по мне, это в высшей степени несправедливо", - убеждал Добжинский граф Тотлебена доставить скорейшим образом арестованного из Елисаветграда в Одессу.

"Дело об убийстве харьковского губернатора" раскрылось проще, чем можно было бы ожидать. Тщеславие оказалось сильнее чувства самосохранения. В камере Гольденберг тут же поведал первому попавшемуся "товарищу по борьбе" о своем харьковском подвиге. В террористическую группу вошли Людмила Волкенштейн, которая прибыла заранее и сняла под Харьковом конспиративную квартиру, Людвиг Кобылянский и Григорий Гольденберг, которые несколько дней отслеживали маршруты передвижения губернатора по городу. После покушения Гольденберг скрывался на конспиративной квартире, а затем выехал в Киев.

Но благодарный слушатель героического повествования, "революционер-народоволец", а по совместительству агент жандармерии Федор Егорович Курицын оказался в камере Гольденберга неслучайно. Вскоре подробный отчет о совместном заточении лег на стол коллежского асессора Добржинского.

Разгром "Народной воли"

Yes

"Процесс 16-ти", на котором судили одного из участников харьковского теракта

На поздравления графа Тотлебена с окончанием сложного дела Добржинский ответил, что дело только начинается. Предстояла сложная психологическая игра. В течение долгих многочасовых допросов следоваателю удалось убедить  Гольденберга сдать не только своих подельников по харьковскому теракту, но и всю революционно-террористическую организацию "Народная воля".

"Вы первый можете донести до правительства ваши идеи. Узрев, сколь благородны ваши политические цели, правительство тотчас же перестанет преследовать вашу организацию", - уверял Добржинский. Ему удалось нащупать слабые места Гольденберга – тщеславие и быстрое увлечение яркими идеями.

На 150 страницах Гольденберг изложил показания с характеристиками 143-х членов народовольческой организации, после чего начались аресты. Но очень скоро Гольденберг пришел к выводу, что попался на удочку. Он пробовал было шантажировать Добржинского, но безрезультатно.

"Помните, если хоть один волос упадет с головы моих товарищей, я себе этого не прощу", - заявил он во время одного из допросов. Но ответ Добржинского был достаточно циничен: "Уж не знаю, как насчёт волос, а что голов много слетит, это верно".

Yes

Каторжане образца второй половины XIX века

В октябре 1880 года начался первый процесс над членами "Народной воли", задержанными по показаниям "харьковского террориста" Гольденберга. Сам Гольденберг до суда не дожил. Незадолго до того, 15 июля 1880 года, он повесился в тюремной камере.

Среди осужденных на процессе был один из "харьковских террористов" Людвиг Кобылянский, приговоренный к 20 годам заключения. Из тюрьмы он уже не вышел: умер в 1886 году в Шлиссельбургской крепости.

Жизнь Людмилы Волкенштейн оказалась гораздо длиннее. Несколько лет она скрывалась в Швейцарии. Но по прибытию в Петербург в 1884 году была тут же арестована. Ее приговорили к повешению. Однако, затем наказание было изменено на заточение в Шлиссельбурге. Спустя 13 лет ее отправили в ссылку на Сахалин. Спустя еще 5 лет она получила разрешение переехать во Владивосток, где и была застрелена в 1906 году во время массовых беспорядков и попыток штурма городской крепости взбунтовавшимися горожанами.

comments powered by Disqus