STATUS QUO

Улицы героев

За время Великой Отечественной Войны звание Героя Советского Союза получили больше 11-ти тысяч человек, из них почти треть награждены посмертно. Многие из них были так или иначе связаны с Харьковом, поэтому в их честь названы улицы и проспекты нашего города. Есть среди них те, чьи имена и заслуги всем известны, – гвардейцы-широнинцы, маршалы Жуков, Рыбалко и Конев, прославленные летчики и другие солдаты, имена которых знала вся страна. Есть среди них люди не столь известные – Николай Балакирев, Елена Убийвовк, Мария Кисляк, Сергей Грицевец, Григорий Седов… Мы же выбрали несколько не самых известных, а то и вовсе неизвестных большинству читателей Героев Советского Союза, чьи имена увековечены в названиях харьковских улиц. Подвиг их, безусловно, достоин того, чтобы о нем напомнить. Особенно накануне Дня Победы.

Группа Петрищева

Всем хорошо известен подвиг гвардейцев-широнинцев, которые несколько дней в селе Тарановка обороняли переезд от превосходящих сил противника. Но в Харьковской  области происходили и другие бои, не уступающие по драматизму событиям под Тарановкой.  Высота с номером 201,7 стояла на пути наступления наших войск на село Полевое Дергачевского района. Село это было важно со стратегической точки зрения, т.к. овладеть им означало нанести мощный удар по флангам противника. Немцы прекрасно понимали важность объекта, поэтому высотка была окружена минными полями, проволочными заграждениями и системой окопов - по всем канонам немецкой военной науки. Но наука оказалась бессильна против 16-ти бойцов под командованием старшего лейтенанта Василия Петрищева, которому на тот момент исполнилось всего 20 лет. Впрочем, это был не самый юный боец группы – пулеметчику Бреусову было всего 18.

Ночью 15 августа 43-го года группа Петрищева при поддержке артиллерии и минометов захватила высоту. Но это было полдела: высоту надо было удержать до прихода основных сил. На следующий день немцы предприняли первую попытку вернуть утраченные позиции, бросив в бой несколько танков, поддержанных пехотой. Петрищев дал команду отрезать пехоту от танков, и когда танки перевалили за линию окопов, одни красноармейцы буквально в упор расстреляли пехоту, а другие подорвали танки. Вторая атака немцев, была еще более яростной - после нее в живых осталось всего семеро бойцов. Правда, вскоре их стало шестеро: один из оставшихся в живых вознамерился покинуть место боя, и был убит кем-то из группы как предатель. Факт с точки зрения мирного времени удивительный, но у войны своя логика и свое правосудие.

Во время третьей атаки немцы подошли к окопам на расстояние броска гранаты, и Петрищев принял решение вызывать огонь на себя. Для людей, далеких от военной истории, следует пояснить: это означает, что артиллерия по рации получает координаты, соответствующие местоположению вызывающего огонь. Подобравшийся очень близко враг получал  на свои головы шквальный артобстрел, а вызывающий на себя огонь - почти стопроцентную вероятность гибели от своих же снарядов. В живых осталось четверо бойцов группы Петрищева, все были серьезно ранены. Когда подошло подкрепление, вокруг высотки было несколько подбитых танков и около 120-ти погибших немцев.

Четверо бойцов из группы Петрищева стали Героями Советского союза, а сам командир прошел войну, отучился в академии им.Фрунзе и окончил военную карьеру, уйдя в запас в звании полковника.

В апреле этого года Харьковский горсовет принял решение о названии двух улиц именами героев высотки 201,7 – Владимира Женченко и Герасима Поликанова. А вот улицы Василия Петрищева в Харькове почему-то нет. Остается надеяться, что власть исправит это упущение.

Иван Танкопий

Перестроечная мифология прочно закрепила в общественном сознании тот факт, что НКВД во время войны - это только заградотряды да охрана лагерей глубоко в тылу. На самом же деле соединения Наркомата внутренних дел воевали так же, как остальные части Красной армии, а чекисты, как и остальные бойцы, часто проявляли героизм.

Иван Танкопий, участник Гражданской войны, в 42-м был назначен комбригом шеститысячной бригады войск НКВД. В 1943-м бригада была введена в освобожденный Харьков для охраны общественного порядка и борьбы с диверсионными группами. 4 марта собравшиеся с силами немцы снова начали наступление на город. Танковый корпус из трех отборных дивизий СС вошел в Харьков, и завязались ожесточенные уличные бои с бригадой Танкопия. 15 марта соединение комбрига было окружено в районе ХТЗ, но бойцы сумели пробиться через окружение. Был захвачен мост через Северский Донец, по которому эвакуировались остатки советских частей. Уже раненый Иван Танкопий лично возглавил отряд прикрытия, отказавшись переходить на другой берег реки до тех пор, пока хотя бы один красноармеец будет оставаться на вражеской стороне. Второе ранение оказалось смертельным. Танкопий умер на руках своих бойцов и был похоронен на берегу реки. 23 августа, когда советские войска окончательно освободили Харьков, бойцы торжественно перезахоронили тело командира на Аллее героев 2-го городского кладбища в Харькове.

Иван Бакулин

Выводя в начале войны войска из крупных городов, командование оставляло немцам "в нагрузку" подпольные диверсионные группы, которые успешно действовали в тылу врага. Возглавляли такие отряды проверенные коммунисты, и организационно эти группы повторяли партийную структуру – появлялись подпольные обкомы, райкомы и первичные организации. Харьковский подпольный обком КП(б)У возглавил бывший преподаватель сельскохозяйственного института Иван Бакулин. Тут надо отдать должное довоенной системе подготовки кадров: Бакулин, как и сотни других членов партии, до войны прошел специальное обучение минноподрывному делу, поэтому сумел организовать работу подпольщиков максимально эффективно – в воздух взлетали целые эшелоны и штабы. В мае 42-го немцам удалось схватить Бакулина. Четыре месяца застенков так и не сломили его, и он умер от пыток.

Всего подпольщики Харькова уничтожили 23 тысячи солдат, взорвали 21 эшелон и разрушили 20 мостов. В этом есть огромная заслуга Бакулина, который не сдал подпольную сеть, выбрав мученическую смерть.

Петр Дзюба

В тридцатые годы почти все мальчишки мечтали оказаться за штурвалом самолета, но везло далеко не всем – в аэроклубы и школы ОСОАВИАХИМа (Общество содействия обороне, авиационному и химическому строительству) комсомол направлял лучших. Бывшему рабочему харьковских железнодорожных мастерских Дзюбе повезло – еще до войны он прошел не только ОСОАВИАХИМ, но и военную школу летчиков, т.е. к началу боевых действий был уже состоявшимся пилотом-истребителем. На его счету - 25 сбитых немецких машин, 7 из которых были сбиты в небе над Харьковом в 42-м.

В этом же году Дзюба получил серьезное ранение, но снова вернулся в строй. В мае 44-го его самолет был сбит и взорвался при посадке. Обожженного летчика удалось спасти, но одну ногу он потерял. Повторить подвиг Мересьева и снова сесть за штурвал Дзюбе не удалось – ранения не позволяли подняться в небо.

Интересный факт – пилоты противоборствующих сторон по понятным причинам не часто встречаются лицом к лицу. Дзюбе повезло – ему удалось пообщаться с пилотом сбитого им самолета, причем случилось это в один из первых боевых вылетов в начале войны. Пленный асс Люфтваффе был одним из первых захваченных немецких летчиков.

- За что воюете, коллега? – спросил Дзюба.

- За победу немецкого оружия, – сказал немец и задал такой же вопрос русскому летчику.

- За землю, на которой нас мать родила, - ответил тот.

Николай Денчик

Еще один сталинский сокол, Николай Денчик, до войны работал слесарем на паровозостроительном заводе в Харькове, все свободное время проводя в аэроклубе. В армию он был призван в 40-м и направлен в Чугуевскую школу пилотов, которую к 41-му году успел закончить.

За время войны Денчик совершил 534 боевых вылета, в более чем 80 воздушных боях уничтожил 19 вражеских самолетов лично и 3 - в группе. В бою отличался смелостью, граничащей с безрассудством.

Вот лишь один характерный пример. В июле 1943 года в районе Курской дуги четверка истребителей, которую возглавлял Денчик, наткнулась на 28 вражеских бомбардировщиков в сопровождении 12-ти истребителей, летевших бомбить сосредоточение наших войск. Соотношение сил было один к десяти. Но Денчик принял бой. По его приказу два самолета атаковали истребителей, а Денчик с одним ведомым врезался в строй бомбардировщиков и сразу сбил ведущего группы. Немецкие бомбардировщики тут же развернулись, сбросив бомбы в чистом поле и не причинив вреда нашим войскам. Все четыре советских истребителя благополучно вернулись на базу. Остается только догадываться, что писали в рапортах об этом эпизоде ассы Люфтваффе: вряд ли кто-то из них признался, что они позорно провалили бой при таком соотношении сил.

Интересный факт – во время отпуска в начале 1944 года Николай Денчик побывал в родном селе Манченки Харьковского района. В честь его приезда (буквально за несколько дней до визита на родину Денчику было присвоено звание Героя Советского Союза) односельчане собрали 40 тыс. рублей на строительство самолета. ЯК-3, построенный на деньги колхозников, носил имя Денчика.

Израиль Фисанович

Харьков по географическим причинам никак не мог стать городом военно-морской славы. Однако и среди харьковчан были герои, воевавшие на море. Самый яркий из них – Израиль Фисанович, который работал на заводе "Серп и молот". По направлению Харьковского горкома комсомола парнишка оказался в Военно-морском училище им.Фрунзе. Щуплая комплекция тогда была одним из факторов выбора места службы, и войну Фисанович встретил уже в должности командира подводной лодки М-172. За два года лодка под командованием Фисановича совершила 17 боевых походов, потопив 13 кораблей противника. Кроме того, лодка выполняла задания по десантированию разведгрупп в тыл врага.

Сотни раз рискуя погибнуть от торпеды противника, Фисанович умер при обстоятельствах довольно нелепых. Весной 1944-го Фисановича, тогда уже командира дивизиона бригады подводных лодок, направили в Англию, чтобы он перегнал из шотландского порта на советскую военную базу четыре английские подводные лодки, полученные СССР в счет репараций с Италией. Лодка Фисановича в пункт назначения не пришла. Долгое время обстоятельства ее исчезновения оставались неясными, и только после войны стало известно, что подводную лодку по ошибке атаковал самолет британской морской охраны.

Интересный факт – Фисанович был человеком талантливым: писал стихи, статьи и даже написал две книги о жизни подводников. Одна из них вышла при его жизни, вторая увидела свет спустя 12 лет после гибели.

Герои Великой Отечественной стали героями благодаря действиям иррациональным, идущим вразрез с инстинктом самосохранения и превышающим человеческие возможности. Совершив невозможное, они шагнули в славу, а некоторые из них – сразу в вечность. Такие действия мы называем подвигом. Все, что нам остается, – помнить и соответствовать их подвигу хотя бы отчасти.

comments powered by Disqus