STATUS QUO

Евгений Жилин: "Я убежден, что часть денег, которые ко мне приходят, я должен отдавать другим людям"

Рассуждения и мировоззрение председателя Харьковской общественной организации "Оплот" Евгения Жилина во многом удивляют. Согласитесь, не часто от состоятельного человека можно услышать о том, что он не только готов делиться, но и делится своими деньгами с теми, кто в них нуждается, ведь зачастую подобные заявления так и остаются декларациями о намерениях… О том, что он родился на этой земле, чтобы защищать, о том, что наши мужчины по природе своей самые сильные на всей земле…Кому помогает, от кого защищает и к чему стремится - Евгений Жилин рассказал "SQ".

- Евгений Владимирович, давайте с самого начала: на чем основывалось ваше решение создать общественную организацию и почему решили назвать ее "Оплот"?

- С юношеских лет у меня было большое пристрастие к японской философии  бусидо. Это философия самураев, воинов. А я в душе и являюсь именно воином-защитником.

Я харьковчанин, родился в Харькове, хотя мои родители родом из Белгородской области, Мои предки русские: Коноваловы, Белошапкины, Жилины и Поповы. Переехав в Харьков, мои родители работали конструкторами на заводе им. Малышева, делали самые лучшие в мире танки. Еще в детстве я мечтал быть десантником, готовил себя для поступления в Рязанское десантное училище, но в связи с распадом Советского Союза прием граждан Украины туда был запрещен. Так вот, раз поступить в десантное училище было невозможно, я подумал, кто есть воины-защитники в мирное время? Это милиционеры. И поскольку мне всегда хотелось защищать людей, то я пошел учиться в Харьковский университет внутренних дел. Я поступил туда сам, без чьей-либо помощи, на самый престижный факультет экономической безопасности. Я очень любил учиться и считаю, что для мальчиков казарменная форма обучения -  идеальная. Потом я пошел работать в Управление по борьбе с организованной преступностью. После перевелся в Службу безопасности Украины. Потом началась оранжевая революция, с приходом которой я оказался в тюрьме.

- Что произошло?

- Меня обвиняли во взрыве тогда еще секретаря Харьковского горсовета, а ныне мэра Харькова Геннадия Кернеса, потом я проходил по делу, как свидетель по отравлению президента Виктора Ющенко, одним словом, много в чем обвиняли. А через три года разобрались, что ошиблись. Я опять восстановился в УБОП, дослужил там еще 2 года, а потом ушел на пенсию. И в связи с тем, что тюрьму считают год за три, как на войне, а службу в УБОП - год за полтора, на пенсию я вышел в 34 года, имея 27 лет выслуги. Но так как защищать - это мое состояние души, я не смог остановиться, и мое призвание вылилось в создание "Оплота".

- То есть решение создать общественную организацию связано с желанием защищать и помогать?

- Именно так. За свою жизнь у меня сложилось убеждение: Бог изначально дает человеку какие-то способности. Я не разделяю точку зрения некоторых богатых людей, которые говорят, что они богаты только лишь потому, что очень умны и много работают. Им просто дан дар - умение зарабатывать деньги. И поскольку это дар, то этим даром нужно делиться. Я такой дар сравниваю с даром лечить. У меня есть дар зарабатывать деньги, поэтому я убежден, что часть денег, которые ко мне приходят, я должен отдавать другим людям, которые не имеют такого дара и нуждаются в этих деньгах. Еще раз: я зарабатываю достаточно денег, чтобы в них не нуждалась моя семья, дети, близкие, а все, что есть сверх этого, я отдаю. Это мой принцип жизни.

Так вот, после ухода на пенсию я понял, что, во-первых, я должен продолжать защищать, во-вторых, у меня появились деньги, и я их обязан отдать, потому что если я их не отдам, ко мне не придут новые. Я, кстати, заметил, что чем больше я отдаю денег, тем больше ко мне их приходит.

Кроме того, я убежден, что мужчины обязаны защищать свою землю и это у них заложено на уровне инстинкта. Ведь когда-то мои давние предки отстояли землю, на которой мы живем, поэтому я знаю, что теперь я обязан продолжить их дело. Для этого и был создан "Оплот".

- Да, но предки защищали землю от врагов, а сейчас мирное время. От кого сейчас вы ее защищаете?

- Да, слава Богу, сейчас ни с кем воевать нам не нужно, поэтому я защищаю историческую правду. В частности, сейчас мы защищаем историческую правду о Второй мировой войне. Поэтому мы призываем всех не голосовать ни за одну из оппозиционных партий только из-за того, что они своим законопроектом объявили о героизации ОУН - УПА. Я очень люблю военную историю и знаю, что УПА - наши враги. Мы помогаем ветеранам Великой отечественной войны и знаем, что ни один из них не простил воинов УПА.

- То есть ваше желание защищать в данном случае трансформируется в желание отстоять историческую правду?

- Так это и есть защита, защита исторической правды. Также я хочу, чтобы мое государство - Украина - было сильным. Черчилль говорил, характеризуя Англию и страны, которые проиграли Гитлеру, что их взвесили и признали очень легкими. Вот и Украина сейчас очень "легкая". Я хочу, чтобы моя страна была "тяжелой", я хочу, чтобы бы мы входили во все великие тройки, восьмерки, двадцатки. Ведь наша "легкость" отражается на каждом из нас. Каждое "тяжелое" государство относится к нам, как к "легкому". Американский генеральный прокурор говорит, что в случае, если они обнаружат на территории Украины или другого государства террориста, то его уничтожат, применяя вооружение. Россия - то же самое. Израиль похитил с территории Украины гражданина Палестины. Это пренебрежение к нашему государству. Мы можем представить, чтобы Израиль украл с территории Америки или России террориста? То есть это не уважение в первую очередь к нам. Я считаю, что мы - наш народ, наша страна - самые сильные. Именно эту силу мы отобразили в логотипе нашей организации, изобразив на нем носорога, самого сильного животного на земле. Все войны доказали, что мы самый сильный народ. Просто нам нужно самим в это поверить и ощутить это.

- А что вы вкладывали в название организации - "Оплот", то, что на вас можно опереться?

- Да. Но помимо этого в название еще заложено название нашего украинского танка, который производится на харьковском заводе им. Малышева. Поэтому это еще и дань уважения моим родителям и тому предприятию, на котором я начинал работать.

- Расскажите об основных направлениях деятельности вашей организации.

- Во-первых, мы ежемесячно оказываем материальную помощь (по 200 долл.) всем семьям погибших милиционеров в Харькове. Много-мало, сколько можем. Также мы помогаем афганцам, которые после войны в Афганистане вернулись домой инвалидами. Помогаем ветеранам, если честно, мы хотим их всех охватить в Харькове и Харьковской области. Также помогаем людям, которые пострадали оттого, что поступили, на наш взгляд, благородно и правильно. Например, в Изюме мужчина заступился за женщину-продавца, на которую напали с пистолетом, его убили. Мы ежемесячно помогаем его семье. Хотя "помогаем" - это неправильная формулировка. Мы даже не помогаем - таким образом мы высказываем уважение. Есть такое выражение: "Мы в неоплатном долгу перед ними". Так вот, я считаю, что таким образом я отдаю долг этим людям.

Я помогаю людям в тех регионах, в которых зарабатываю деньги. На данный момент это Полтава, Киев и Харьков. Хотя сегодня принесли письмо из Винницы. В нем говорится о мужчине-афганце, оставшемся без ног в результате войны. В письме просят материальную помощь в размере 5 тыс. грн., думаю, что мы им единоразово окажем эту помощь, а потом ежемесячно будем выделять по 200 долл. Кроме того, мы помогаем 2-м семьям ребят, погибших на высоте 776 в Аргунском ущелье в Чечне. Семьи проживают в Украине, в Крыму, я их нашел. Это был известный бой, в котором из 90 десантников 84 погибли. Они погибли героически. Согласно фактам, они, казалось бы, погибли бессмысленно, но по-другому они поступить не могли. Вот это и есть характеристика нашего народа, благодаря силе и героизму которого мы всегда побеждали и будем побеждать.

- Есть ли членство в вашей организации, если да, то сколько членов у "Оплота" на сегодня?

Да, есть. Но сколько у нас членов я не знаю, мы не ведем такой учет, потому что мы никого сюда не затягиваем. К нам приходит много волонтеров, они говорят, что хотят помогать. Они пишут заявление, мы их вносим в свои списки. Бывает, приходят и говорят, что хотят перечислить деньги, потому что знают, что мы реально помогаем и не воруем. Часто с таким предложением приходят афганцы, которые еще работают, милиционеры.

- То есть ваши сторонники – это в основном военные люди, люди, которые сейчас или когда-то носили военную либо милицейскую форму?

- Нет. Наши сторонники - это патриоты нашего государства. Все те, кто хочет, чтобы наша страна была самой сильной.

- Как часто к вам обращаются за помощью? Ведется ли такая статистика?

- Нет, статистики добрых дел мы не ведем. Мы живем по принципу: сделай доброе дело - выбрось в реку. Я специально не веду такой статистики. Я не знаю, сколько денег я отдал, потому что я убежден, что эти деньги не мои.

- По какому принципу вы принимаете решение, будете ли помогать конкретному человеку или нет?

- В первую очередь мы помогаем людям, которые давали присягу. Я всех уважаю, но возможности наши, конечно же, не безграничны. Мы помогаем ветеранам, афганцам, их семьям, семьям погибших миллионеров. Мы не помогаем правоохранительным органам как таковым. Мы им не покупаем ни стульев, ни компьютеров. Я там работал и уверен, что они сами могут на это заработать. Иногда ко мне приходят с такими просьбами, я отказываю по одной простой причине: я должен буду эти деньги забрать у какого-то инвалида или семьи милиционера, которая осталась без кормильца.

- Недавно "Оплот" организовал акцию в поддержку закона о языках. Что вы хотели доказать этой акцией?

- Акция была простая и спонтанная. Когда я увидел, как в Киеве агрессивно себя ведут сторонники украинского языка, и, благодаря СМИ, сложилось такое впечатление, что вся Украина взорвалась от возмущения, я решил доказать обратное. И считаю, что нам это удалось: за три дня мы собрали около 13 тысяч подписей. Наши палатки стояли возле выхода из метро. Люди спокойно подходили и ставили свои подписи. А давайте представим, что эти 13 тысяч человек пошли на площадь и начали там кричать. Нет, сделали все цивилизовано. Да, эти подписи юридически ничего не значат, мы просто показали нашему президенту, что много людей в этом плане его поддерживают. 

- А как вы думаете, тем самым вы достучались до президента, он знал о такой акции?

- На самом деле мне все равно. Я это сделал в первую очередь для себя и для людей, чтобы харьковчане смогли высказать свою позицию по этому вопросу.

- А вы считаете, что в украинском обществе действительно существует языковая проблема?

- Да. У нас действительно есть ограничения. Например, вы не можете давать рекламу на русском языке. То есть, если в Харькове вы занимаетесь продажей телефонов, то вы должны продавать "слухавки". А может кто-то не хочет продавать "слухавки", а хочет продавать именно телефоны. И, думаю, что в этом случае, к нему придет больше покупателей. Ведь ничего страшного в этом нет, если в регионе, где разговаривают на русском языке, будут продаваться телефоны.

Кроме того, мне бы хотелось, чтобы новости в нашем регионе выходили на русском языке, на нем они лучше воспринимаются. То же самое касается судебных дел, мне кажется, что человеку в суде удобнее давать показания на русском языке. Писать различные заявления также удобнее на родном русском языке. И это неправда, когда говорят, что если украинский язык не будет единым на территории Украины, то страна как государство умрет. Украина может умереть от другого: от воровства и неуважения друг к другу.

- В ходе акции был зафиксирован неприятный инцидент, когда ваши сторонники, которые собирали подписи за русский язык, избили парня, который был против. Это правда?

- Да, такой инцидент был. Рассказываю: у нас в этих палатках волонтерами были одни девочки, и однажды вечером к нашей палатке начали приходить молодые люди, которые себя очень агрессивно вели, дергали девочек за руки, таким образом выражая свое несогласие. После этого я решил защитить своих девочек-волонтеров. У нас есть спортивная команда "Оплот", членов которой я попросил охранять и девочек, и наше имущество: палатки, столы и т.д. У нас были все разрешения на размещение этих палаток. А если кто-то не разделяет нашего мнения, пусть устанавливает свою палатку рядом и высказывает там свое мнение. Вот это нормальное, цивилизованное общение: мы уважаем вас, вы уважайте нас. Но они, видимо, были не готовы к цивилизованному общению. Один молодой человек вошел в палатку и порвал наши подписные листы, то есть те листы, на которых люди уже подписались в поддержку русского языка. После этого молодой человек был задержан, мы вызвали милицию и передали его милиции. Милиция составила в отношении него протокол о нарушении общественного порядка.

- Так его все-таки избили?

- Посудите сами, если он вошел в нашу палатку и порвал наши листы, то он сделал правильно? Нет. Он когда шел туда, то знал, что будет делать неправильно? Знал. Почему тогда он считает, что когда будет делать неправильно, то в отношении него не может быть применена сила? А когда в отношении него применяется сила для пресечения его неправильного действия, то все почему-то кричат, что его избили. А что мы должны сделать? Сказать ему за это спасибо? Почему кто-то считает, что таким образом можно выражать свое мнение?!

Другой пример. Мы недавно развесили плакаты, на которых были описаны зверства, которые делали воины УНА УНСО в отношении мирных жителей. Эти плакаты сначала чем-то облили, теперь их вовсе оборвали. Почему тот, кто это сделал, может считать свои действия правильными? Вот в этом и заключается их подход: если думаешь не так, как я, значит твое мнение неправильное. И за это я тебя буду уничтожать. Они даже мысли не допускают, что может быть иное мнение. 

- Но Западной Украине, для таких же украинцев, как и вы, воина УПА являются героями. Вы уважаете их мнение?

- Конечно. Я считаю, что мы все граждане одной страны. Мы все плывем в одной лодке. Я уважаю их мнение и прошу уважать мое. При этом я не еду и не разрушаю их памятники, не обрываю плакаты. Тем не менее, мое мнение остается при мне: я изучаю историю и считаю, что воины ОУН - УПА были преступниками, и это подтверждено Нюрнбергским процессом. Они были признаны воинами, которые воевали против союзнической армии. Кроме того, если взять количество их жертв, то три четверти - это было мирное население, безоружные люди: дети, женщины, старики. Убивать безоружных запрещено. Кроме того, запрещен геноцид, то есть убийство человека по национальному признаку. Эта организация убивала людей именно по национальному признаку, то есть убивали за то, что люди "москали", поляки, "жиды".

Воины ОУН - УПА действовали не только на территории Украины. Известный исторический факт, когда в Белоруссии сожгли село вместе с его жителями - Хатынь. Так вот, когда это произошло, там не было ни одного немца. Все подразделение, которое совершило это страшное преступление, было сформировано под Киевом. То же самое они сделали в Варшаве (Польша). Так возникает вопрос: за какую независимость они боролись там?! А те способы убийств, которое применяли, от них просто волосы дыбом становятся! Беременным женщинам вспарывали животы, засыпали желудями, чтоб свиньи ели! И так далее, не буду перечислять всех зверств, но это была не война, это был терроризм! Иначе этого назвать нельзя. Воины ОУН УПА - террористы. После всего этого я не считаю их воинами, солдатами. Они не убили ни одного немца, они воевали против Советского Союза. Немцы использовали подразделения ОУН УПА как своих прислужников. Поэтому я не могу этих врагов признать героями своей страны.

- Планирует ли ваша организация проводить в ближайшее время еще какие-либо акции?

- Конечно. Мы будем проводить подобные акции, вывешивать плакаты и доносить людям историческую правду, которую многие наши соотечественники не знают. Это были бандиты! Ведь есть факты того, что немцы давали указания тому же Шухевичу, Бандере против кого воевать, они отчитывались перед немцами, сколько пуль они израсходовали, сколько "жидов" убили.

Также мы будем продолжать искать неизвестные захоронения без вести пропавших солдат, на сегодняшний день на территории Харьковской области мы нашли 23 таких могилы.

- Вы уже упомянули, что при вашей организации есть спортивный клуб. Расскажите о нем подробнее. 

- Наши спортсмены занимаются одним видом единоборств - смешанными боевыми искусствами, или еще это называют "боями без правил". Я считаю, что это наиболее оптимальное боевое искусство. Это то, что есть на улице. Ведь когда на улице кто-то на тебя нападет, то он не будет спрашивать - мы боксируем или боремся. Мы готовим наших ребят для обороны своей страны.

 

- Планируете ли вы баллотироваться в народные депутаты на предстоящих парламентских выборах?

- Да. Я думаю, попав в Верховную Раду с такими жизненными подходами и принципами, смогу послужить своей Родине.

- Вы уже определились с округом?

- Да, это будет округ №174 (Ленинский и Октябрьский районы Харькова).

- Вы планируете идти самовыдвиженцем?
 
- Да.
 
- Поддержки ни у какой партии не искали?

- Знаете, мне близки взгляды некоторых политических сил. Но ближе всех по идеологии мне социалисты. Я за социализм в стране: хочу, чтобы у нас была большая прослойка среднего класса, который, по моему мнению, представляют уравновешенные люди, которые не дадут развиться никакой диктатуре. Но при этом, мне нравятся принципы Партии регионов в части того, что регионы должны быть более самостоятельными, чтобы все деньги, которые они зарабатывают, оставались на местах. Я считаю неправильным то, что мы работаем, а за наш счет живут другие регионы. Я хочу, чтобы наши региональные деньги тратились на наши региональные дороги, хочу, чтобы в Харькове была очищена река, чтобы была установлена система "безопасный город" и по городу были установлены видеокамеры, чтобы в городе было спокойно. Здесь же живут мои дети. Я хочу развить у людей чувство "правильного". Хочу, чтобы наша страна была сильной, а для этого нужно перестать воровать. Нужно уважать своих избирателей, любить их, быть им слугой, нужно уметь выполнять свои обещания. Мы уже занялись разработкой соответствующих законопроектов. Скоро они будут готовы.

comments powered by Disqus